Форма поиска

Вы здесь

Я занимаюсь плесенью

Так получилось, что в один вечер я разговорился с двумя разными людьми. Спрашиваю у одного: «Чем Вы занимаетесь?»/ Он мне в ответ: «Я занимаюсь творчеством. Вот видите, какую замечательную презентацию я сочинил…»
Спрашиваю другую: «Чем Вы занимаетесь?» - «Я занимаюсь творчеством. Вот видите чудесный сценарий для нового отечественного сериала… А чем занимаетесь Вы?» И, честно говоря, этот вопрос очередной раз ввел меня в ступор. Хорошо, что мой взгляд в этот момент остановился на иллюминаторе самолета, потому что в этот момент я летел вместе со вторым собеседником на самолете. 
Вообще-то я занимаюсь бизнес-консалтингом, но сколько я ни пытаюсь это объяснить кому бы то ни было уже много-много лет, из этого ничего не получается. 
Поэтому неожиданно для самого себя я ответил: «А я занимаюсь плесенью».
Плесенью - потому что недавно я прочитал, что даже космонавты на орбитальной станции вдруг обнаружили, что на иллюминаторе их космического корабля с наружной стороны проросла плесень. То есть она настолько живуча, что ей не страшны ни гибельные космические лучи, ни запредельный жар, ни смертельный холод. Точно также как и бизнесу, с которым я имею дело, который невероятным способом способен выживать в самых-самых, дичайше неприспособленных для этого условиях. 
Плесенью - потому что это слово вызывает у всех окружающих в качестве первой реакции омерзение и гадливость. Я уж не говорю про тех, кто отзывается о бизнесе извне - будь то административные начальники, творческие деятели или простые обыватели. Да даже и сам бизнес шарахается от своего собственного имиджа. Слушаю я недавно передачу по радио, в которых радиослушатели общаются с ведущими. Звонит человек из дальнего региона, рассказывает, что у него есть парочка магазинов, и что администрация чинит ему всяческие препятствия в жизни. И тут ведущий спрашивает: «Так Вы бизнесом занимаетесь?» - А слушатель испуганно в ответ: «Да что Вы, каким бизнесом. Нет, у меня не бизнес, у меня ритейл.»
Я занимаюсь «плесенью», потому что верю в то, что если дать ей волю и возможность  расти так, как только она это может, она быстро создаст огромную питательную среду для многомиллионного офисного планктона, который, в свою очередь, обеспечит себе и своим семьям сколь-нибудь достойное существование. 
Я занимаюсь «плесенью», потому что уверен, что только она способна произвести тот антибиотик, тот пенициллин, который способен излечить воспалительные заболевания моей страны. Если будет такая возможность...