Форма поиска

Вы здесь

Станут ли предприниматели Героями России?

Версия для печати Журнал «Свой Бизнес»
11.10.2006

Интервью с авторами книги «Психология бизнеса» Светланой и Евгением Емельяновыми.

Для начала — поразительная статистика. Около 40% новорожденных фирм, созданных в США, не дожива ют даже до года. Владельцы предприятий-долгожителей, удержавшиеся на рынке в течение десяти лет, в среднем зарабатывают только 65% от реального дохода, который они имели до открытия собственного дела. Но, несмотря на это, ежегодно в США начинают бизнес около 4% трудоспособных граждан Это больше, чем количество американцев, создающих семью или заводящих ребенка. Настолько велико стремление добиться финансовой свободы и доказать миру личную самодостаточность.

Количество в итоге переходит в качество. В Соединенных Штатах самая широкая прослойка экономически активных и богатых людей. В 2005 году состоянием, превышающем миллион долларов, владело 8,3 млн. человек, или более 3% жителей страны.

Это и есть американская мечта. В России мечты другие. Почему? Что мешает гражданам нашей страны открывать свой бизнес? И какие качества человека, независимо от места рождения и жительства, определяют предпринимательский успех? Светлана и Евгений Емельяновы много лет изучают эти проблемы — как психологи, консультанты по управлению бизнесом, создатели собственной компании. Редактор журнала «Свой бизнес» Любовь Ерохина-Кандалинцева задала им самые важные вопросы, волнующие тех, кто мечтает о предпринимательском взлете.

«У нас нет культуры собственности»

— Почему желание иметь собственный бизнес у нас слабее, чем в Америке и многих других странах?

Евгений Емельянов: — Я думаю, главная причина заключается в том, что в России нет «культуры собственности». На Западе любой нормальный человек с детства понимает, что иметь свою частную собственность и приумножать ее — это очень хорошо. Поэтому многие стараются построить успешный бизнес и приобрести личные активы, которые можно передать своим потомкам. У нас же понятие «собственность» исторически слилось со словом «государство». До революции людям давали наделы земли, на которых они могли развернуть свое хозяйство. При этом все прекрасно понимали, что в любой момент эту землю могут отобрать. Чиновникам давали целые волости в управление. Но если конкретные лица становились неугодными государю, их заменяли другими. А после 1917 года вся собственность в одно часье стала государственной.

— Но благо те времена давно прошли…

Е. Е.: — Не скажите! Случаи, когда государство фактически отбирает частную собственность, и сегодня происходят повсеместно. Допустим, предприниматель привозит в Россию товар. А чиновник говорит: «Он ввезен с нарушением таможенных правил». Всю партию конфискуют, а доказать свою правоту бизнесмен не может.

Наверное, не случайно Михаил Ходорковский, идя на процесс, держал в руках книгу «Россия при старом режиме». Она написана профессором русской истории Гарвардского университета Ричардом Пайпсом. В ней объясняются причины, почему у нас за всю историю так и не удалось создать государственную систему, ответственную перед своим народом. Этим Ходорковский как будто хотел дать «сигнал» другим бизнес менам: «Ребята, почитайте эту книгу, и вы поймете, как на самом деле обстоят дела».

К сожалению, в нашей стране бизнес — это авантюра. Большая часть собственности, которую удается приобрести предпринимателям, остает ся «виртуальной», так как ее можно лишиться в любой момент. Конечно, владельцам компаний перепадают какие-то материальные ценности. Но гарантий, что они навсегда сохранят бизнес для себя и потомков, нет.

— А что нужно сделать, чтобы устранить эту проблему?

Е. Е.: — Государство должно принять, что любой человек имеет право на собственность и что НИКТО и НИКОГДА не может ее отобрать. Кроме того, оно должно обеспечить защиту этой собственности с участием всех государственных структур — милиции, суда и т. п.

— Не секрет, что многие «обычные» люди очень негативно относятся к предпринимателям… Мешает ли это развитию бизнеса в целом? Е. Е.: — Богатых не любят везде. Но в России — особенно. В цивилизованных странах успешных пред. принимателей давно научились если уж не любить, то хотя бы уважать. У нас же ненависть к ним никто и ничто не сдерживает.

Светлана Емельянова: — Посмотрите любой отечественный фильм. Там бизнесмен либо сволочь, либо прохиндей, либо бандит, либо бабник. Но этот экранный образ очень далек от реального! Большинство известных нам бизнесменов — это интересные и порядочные люди. Примерно треть из них — верующие. У половины — несколько детей. Но, к сожалению, у нас нет массовой пропаганды положительного образа предпринимателя. Отсюда и негативное отношение.

Недавно мне попались результаты социологического опроса. Россиян спрашивали: «Любите ли вы богатых?» — «Нет», — отвечало большинство. «А хотите ли вы, чтобы ваши дети имели собственное дело?» — «Да, хотим». То есть понимание того, что «бизнес — это хорошо», уже зреет. Но очень медленно.

— Может быть, ситуация изменится в лучшую сторону, когда в бизнес придет много молодых людей, выросших при рыночной экономике?

С. Е.: — К сожалению, молодежь не очень-то стремится открывать свои фирмы. Многие думают: «Зачем мне вся эта нервотрепка? Имея хорошее образование, я лучше пойду работать топ-менеджером в крупную компанию и буду спокойно зарабатывать те же деньги». Большинство действующих предпринимателей — это те, кто пришел в бизнес 10-15 лет назад. По статистике, количество фирм с годами увеличивается очень незначительно. Это весьма печально. Ведь бизнесмены — это первопроходцы, ведущие вслед за собой. Если же вокруг будут одни ведомые, то предпринимательство в нашей стране не сможет активно развиваться.

«Любой ров можно перепрыгнуть»

— Без каких психологических качеств не обойтись человеку, который хочет стать первопроходцем?

С. Е.: — Это чутье, готовность к риску, авантюризм, азарт… Кроме того, предприниматель должен влюбиться в свое дело. Как в женщину. Если это происходит, у него горят глаза и появляется ощущение: «Я все смогу». Но все же самое главное — это активность.

Е. Е.: — Много лет назад мы написали статью, которая называлась «Активные против умных». В ней говорилось о том, что в бизнесе выигрывает не тот, кто умнее, а тот, кто быстрее «бегает». Прошли годы, но ничего не изменилось. По-прежнему активность остается качеством № 1 для предпринимателя.

— Этими качествами обладают многие. Но далеко не все из них открывают свой бизнес. Что им мешает?

С. Е.: — Страх неудачи. Как только люди начинают думать: «Смогу я это сделать или не смогу?» — они проваливают любое начинание. Любой ров можно перепрыгнуть. Но надо делать это с лету, не думая. Если же встать на край и начать размышлять: «А какой ширины этот ров? А на сколько метров я раньше прыгал?» — все, ничего не получится.

Е. Е.: — В нашей практике был такой случай. Один заказчик обратился к нам с предложением создать совместный бизнес. Он строил бассейны и хотел дополнительно заняться продажей препаратов для обеззараживания воды. Мы сказали: «Хорошо. Но давайте сначала проведем марке. тинговое исследование». Результаты исследования показали, что рынка для этого бизнеса практически нет, и мы отказались участвовать в деле. А он рискнул и… построил прекрасный бизнес.

С. Е.: — Все получилось не потому, что мы что-то неправильно посчитали. Просто этот предприниматель стал планомерно обходить владельцев бассейнов и предлагать им препараты. Они говорили: «Нам это не нужно». Но наш знакомый не разворачивался и уходил, а спрашивал: «А что вам надо?» Таким образом, он раздвинул изначально узкие границы возможностей, нашел новые и использовал их по максимуму.

— А есть ли универсальная формула успеха предпринимателя?

С. Е.: — Бизнесмены бывают образованные и не образованные. Умные и не очень. Начитанные и не начитанные. Верующие и не верующие. Законопослушные и нарушающие законы. Раз это так, значит, «формулы успеха» не существует. Достигших высот предпринимателей объединяет драйв и большое желание что-то делать. А все остальное не важно.

— Вы считаете, что без «драйва» построить бизнес вообще невозможно?

Е. Е.: — Не только построить, но и управиться с уже существующим делом будет сложно. Одна из трагедий семейного бизнеса заключается в том, что его бывает некому передать. Есть масса примеров, когда отпрыски успешных западных предпринимателей, не имеющие драйва, доводили до краха суперуспешные компании.

— Принято считать, что бизнесмен обязательно должен быть жестким. Это так?

С. Е.: — Предприниматель — это шахматист. Он передвигает множество фигур по огромной доске, он постоянно анализирует и разыгрывает всевозможные комбинации… Разве все шахматисты — жесткие? Так что «жесткий предприниматель» — это миф! Многие руководители фирм очень мягкие люди. Они «двигатели». А жесткими должны быть «приводные ремни», связывающие их с сотрудниками и помогающие руководить. Этими «ремнями» могут быть управляющие, менеджеры, консультанты.

«Желание действовать — результат неудовлетворенности»

— Что помогает выжить в бизнесе в случае неудач?

Е. Е.: — Безысходность.

С. Е.: — Как ни странно, сложные обстоятельства рождают самый сильный драйв. Причем эти обстоятельства могут быть разными: кого-то припирает нужда, кому-то надо срочно отдавать кредит, кому-то надо доказать окружающим, что он сможет это сделать…

Е. Е.: — Я считаю, что процентов 70 всех бизнесов начинались в условиях безысходности, когда их создателю было некуда деваться.

— А как подстраховать себя от возможного неуспеха?

С. Е.: — Надо… меньше думать! В бизнесе часто возникают моменты, когда не нужно планировать все надолго вперед. Лучше действовать: сделать десять звонков, провести двадцать переговоров…

— По-вашему, выходит, что расчеты совсем бесполезны в бизнесе. Но практика показывает, что без них нельзя обойтись…

Е. Е.: — Это так. Но расчет должен быть не основой, а дополнением. Расчеты скорее важны для партнеров и инвесторов. Ведь им нужны доказательства того, зачем они вкладывают в этот бизнес деньги.

С. Е.: — Первично решение действовать. Расчеты же нужны как обоснование зоны риска проекта. Мы ярые сторонники управленческого учета, бизнес-планирования… Надо лишь понимать, что это не панацея от неудачи. В нашей стране реализовать все запланированное гладко и по бумажке все равно не получается.

«Первый в стае»

— Многие предприниматели сбавляют темп, как только достигнут первых ощутимых результатов. Почему так происходит?

Е. Е.: — Желание действовать — это всегда производное от какой-то внутренней неудовлетворенности. Темп замедляется по мере исчезновения этой неудовлетворенности.

— Как же мотивировать себя на «новые подвиги», если ты уже удовлетворен?

С. Е.: — Вообще проблема с мотивацией чаще встречается у бизнес-леди. Ведь для женщин главная цель жизни — обустроить свой очаг. Как только они зарабатывают деньги на квартиру, дачу, машину, образование детей, регулярный отдых и пенсию, у них, как правило, пропадает желание активно развивать свой бизнес. У мужчин все по-другому. Врожденное желание любого мальчика — «быть круче всех». Поэтому они с детства начинают мериться друг с другом: сначала пиписьками, потом машинами, затем яхтами и, наконец, своими компаниями. Таким образом, новые цели у мужчин-предпринимателей возникают сами по себе. Ведь почти всегда найдется человек или компания, которая круче твоей по ряду показателей.

Е. Е.: — Мужчина хочет быть первым в стае. Причем стаи эти могут быть разными — например, стая конкурентов, которые работают на том же рынке. Или стая владельцев «дорогих игрушек»… Члену этой стаи достаточно подумать: «Рома купил «Челси»! А я?» Это заставляет двигаться дальше и увеличивать масштаб бизнеса. Конечно, у некоторых владельцев компаний бывает невысокий уровень притязаний. Но если это так, то на определенном этапе их бизнес обязательно перестает расти.

— Значит, для мужчин главной целью бизнеса являются не деньги как таковые?

Е. Е.: — Конечно. После первого заработанного миллиона деньги как цель «выпадают» у 90% предпринимателей.

С. Е.: — У многих наших клиентов — владельцев компаний даже нет личного счета. Доверенные финансисты регулярно выдают им определенную сумму денег. Причем говорят, что из года в год она остается почти одной и той же.

«Спортсмены» против «физиков»

— В своей книге «Психология бизнеса» вы говорили о том, что бизнес ближе всего к такому виду человеческой деятельности, как спорт. Значит ли это, что бывшие спортсмены имеют фору перед другими предпринимателями?

С. Е.: — С одной стороны, это так. Спортсменов роднит с бизнесменами то, что и у тех и у других есть ориентация на результат. С другой стороны — у спортсменов всегда есть впереди некая планка, достигнув которой им сложно двигаться дальше.

Е. Е.: — В нашей практике был такой пример. Один бывший спортсмен поругался с партнерами и решил открыть свою собственную фирму, чтобы превзойти своих обидчиков. Ему это удалось — он обошел их в бизнесе. Но, достигнув желаемого результата, он расслабился, сошел с дистанции, и у фирмы начались проблемы.

— А как складывается карьера в бизнесе у бывших военных командиров?

Е. Е.: — Они очень легко входят в бизнес, выстраивая его по уже существующим алгоритмам, копируя чужие технологические системы. Они умеют превратить имеющиеся ресурсы в мощную силу, что позволяет им достичь некоторого успеха…

С. Е.: – …Но потом во многих случаях бизнес разваливается. Дело в том, что у бывших военных часто встречается «рамочное мышление». Они привыкли действовать в условиях четко очерченных схем. Поэтому они плохо учатся новому, воспроизводя только то, что усвоили когда-то. Кроме того, они привыкли иметь дело с одним противником. А в условиях бизнеса противников бывает много — это конкуренты, чиновники, рынок, наконец…

Е. Е.: — Достигнув определенных результатов, они обычно ждут, что вот-вот придет более опытный «генерал» и даст приказ, что делать дальше. Поэтому бывшие военные скорее становятся прекрасными исполнителями, нежели успешными бизнесменами.

— В России много предпринимателей с физическим и математическим образованием. Почему им удается лучше других делать бизнес?

Е. Е.: — Действительно, среди крупных и успешных бизнесменов много выпускников МФТИ, МАИ… Я считаю, что им помогает системное мышление.

С. Е.: — А я думаю, им помогает то, что многие положения физики и математики существуют в условиях неопределенности. Там нет готовых решений и расписанных регламентов. Их нужно искать. Поэтому бывшие физики и математики легко ориентируются в бизнес-среде, где также сильна неопределенность и нет готовых алгоритмов действий.

— Часто свои фирмы открывают специалисты, много лет проработавшие в какой-либо области. Есть ли у них преимущества перед теми, кто начинает осваивать тот же бизнес с нуля?

С. Е.: — На начальном этапе профессионалам помогает отсутствие страха неудачи. Ведь они знают эту кухню изнутри. С другой стороны, новичкам-любителям не мешают представления о том, как правильно делать те или иные вещи. Они могут нарушать все привычные законы и именно благодаря этому добиваться успеха.

Я вспоминаю случай, как один отставной военный решил открыть консалтинговую компанию. При этом он нарушал все правила. Например, в консалтинге не принято давать открытую рекламу. А он давал. Начальный этап он прошел на «5+». Брэнд стал известным, у компании появилось много клиентов, и она заняла одно из ведущих мест на рынке. Но дальше начались проблемы. Так как владелец не разбирался в профессиональных тонкостях консалтинга, он не мог отслеживать качество выполнения заказов. Клиенты были недовольны, и негативные отзывы о компании быстро распространились по рынку. Через несколько лет некогда известную компанию пришлось продать за смешные деньги.

«Любитель» может создать хороший бизнес. Но рядом с ним обязательно должны работать профессиональные управляющие, которые будут следить за качеством товаров или услуг.

— А какие недостатки мешают «профессионалам»?

Е. Е.: — «Профессионалы» часто действуют как директора по производству. Они повернуты на совершенствовании технологий. Все свободные деньги они вкладывают в покупку лучшего оборудования, а не в развитие инфраструктуры бизнеса. Такими были «красные директора». Но они так и не добились большого успеха, хотя у них для этого были все возможности. Вместо того чтобы создавать и продвигать торговые марки, а также налаживать сбыт, они покупали станки. Не так давно мы консультировали одну строительную компанию. Когда ее руководители выходили утром на стройплощадку и смотрели, как туда съезжается техника, их лица сияли от счастья. Казалось, что больше им ничего не надо: только бы любоваться на новенькие краны и машины. Нам потребовалось много времени и сил, чтобы убедить руководителей этой компании в том, что радоваться надо не технике, а построенным и проданным домам.

«Предприниматель — это чутье и интуиция»

— Слова «бизнесмен» и «предприниматель» для многих являются синонимами. А можно ли строить успешный бизнес, будучи просто хорошим администратором, не имеющим предпринимательской «жилки»?

С. Е.: — Можно. Так бывает в тех случаях, когда предприниматель налаживает дело, а потом ему становится скучно им заниматься. Тогда он передает его в управление младшему партнеру. Тот становится профессиональным бизнесменом, но не предпринимателем. Ведь он сам не создает ничего нового.

Е. Е.: — Подобная ситуация может сложиться и в публичных компаниях большого масштаба — с оборотом от $50-100 млн. в год. Используя механизм IPO, можно переключить компанию на корпоративные методы управления. Тогда для успеха требуется хорошо подобранный совет директоров, грамотный PR и т. п. Если в небольших частных компаниях на 80% все зависит от «драйва» предпринимателя и только на 20% — от менеджмента, то в крупных публичных компаниях все может быть с точностью до наоборот.

— Чем бизнесмен-предприниматель отличается от бизнесмена-менеджера?

С. Е.: — «Предприниматель» — это чутье и интуиция. А «менеджер» — это голова и точный расчет. Это два разных типа мышления. «Предприниматель» порой не может объяснить, откуда у него появляется идея и зачем он хочет ее реализовать. Как сказал однажды один наш знакомый предприниматель: «Только не спрашивайте меня, почему я это делаю!» «Менеджер» же всегда знает, как и почему он должен действовать.

Сегодня весь российский бизнес живет в условиях нестабильности, и экономической, и правовой. Поэтому бизнесмен-менеджер может только поддерживать то дело, которое уже существует. Но он не может рождать что-то новое.

— Как вы думаете, станет ли когда-нибудь Россия предпринимательской страной? Что для этого нужно?

Е. Е.: — Мы давно вывели для себя «закон качелей». Пятнадцать лет назад, когда в России разрешили заниматься бизнесом, мы находились в плюсовой точке. Именно тогда произошел всплеск предпринимательства. Сейчас «качели» постепенно подходят к противоположной стороне — со знаком «минус».

К сожалению, то, что происходит в нашей стране сейчас, не сулит малому и среднему бизнесу ничего хорошего. Иллюстрацией может служить ситуация в туристической отрасли — одной из самых популярных среди начинающих предпринимателей. Сейчас активно разрабатывается закон, согласно которому турфирмы должны будут иметь либо огромный уставный капитал, либо гарантии банка на крупную сумму. Это значит, что туризмом смогут заниматься единицы очень крупных компаний. Что будет с остальными — нетрудно догадаться. Все это мы уже наблюдали в банковской сфере и на страховом рынке. В остальных сферах со временем будет происходить нечто подобное.

С. Е.: — Вместо того чтобы поддерживать небольшие компании и подождать, пока произойдет естественный отбор лучших из них, государство срезает эти ростки и дает возможность развиваться только крупному бизнесу. Логика его действий понятна: десяток больших компаний легче держать в поле зрения и контролировать.

Е. Е.: — Но такая политика неизбежно приведет к упадку экономики. Поэтому, достигнув минусовой точки, «качели» пойдут в обратную сторону. И тогда будет возможен новый виток развития массового предпринимательства.