Сегодня Савва Мамонтов многим известен как крупный предприниматель, меценат и строитель железных дорог. Однако мало кто знает, что он прошел непростой путь, чтобы стать достойным преемником своего отца, Ивана Федоровича Мамонтова.

У Ивана Федоровича Мамонтова было четверо сыновей, и он задумывался, кому из них он сможет передать свое дело. На старших, Федора и Анатолия, нельзя было положиться: Федор был нездоров, а Анатолий отца не слушал: женился против его воли, а потом и вовсе организовал собственное дело, издательское. Младший — Николай — был еще очень мал. Выбор пал на третьего сына — Савву, упрямого и своенравного, но подававшего надежды. С юных лет отец воспитывал его посредством строгих наставлений — «грамоток». В 1855 году он писал 14-летнему Савве, учившемуся в Институте корпуса горных инженеров: «Бросить лень, учиться хорошо... Идти вперед… и я командую тебе — Марш-марш!» И требовал сохранить письмо навсегда и читать не один раз. Однако увлекаясь лишь интересными ему предметами, Савва не блистал успехами.

К 20 годам он, по мнению отца, все еще не был готов не только наследовать бизнес, но и занять в нем сколько-нибудь значимую позицию. В 1862 году Иван Федорович с горечью констатировал: «Ты убил напрасно первые годы... Пустота в голове, слабость в теле и моральный упадок в характере…» Ситуацию усугубило увлечение Саввы театром: он играл в спектаклях кружка Островского. Получив от влиятельных петербуржских знакомых письмо о том, что лучше «убрать» Савву из университета, где тот учился, отец принял жесткое решение: отправить сына в Баку служить в «Закаспийском торговом товариществе».

Вдали от привычной жизни, в суровых условиях, в местах, где нечасто можно было встретить европейца, Савва столкнулся с реальностью. Он обращается к отцу с вопросом: неужели для него нет дела в Москве? Отец остается твердым в наставлениях, но в его «грамотках» появляются слова поддержки: «Такая жизнь... укажет, как нелегко добывать деньги. Будь терпелив и тверд… Поживешь в трудах и лишениях, выучишь жизнь… и увидишь, что без труда и забот жизнь пуста».

По мере успехов сына тон отцовских писем меняется, становится все более партнерским. Отец посвящает Савву в свои дела, делится происходящим. И всего лишь через год ссылки Иван Федорович уже гордится сыном, отмечая: «Ты в хорошую сторону много переменился», — и предоставляет Савве право выбора: остаться в Баку или вернуться в Москву для серьезной работы.

Савва выбрал Москву. Он возглавил московскую контору «Закаспийского торгового товарищества», женился, а после смерти отца стал продолжателем его дела. Он построил ключевые железнодорожные магистрали России, владел и управлял «чугуноплавильными, железоделательными, механическими и рельсопрокатными» заводами, активно участвовал в общественной жизни. При этом он не оставил занятия искусством, но теперь для него это стало не развлечением, а любимым делом. По словам современника, «другие коллекционировали искусство, он же его двигал».

Иван Федорович Мамонтов верил, что «…праздность есть порок, труд не есть добродетель, а прямая непреложная обязанность». Ему удалось передать это мировоззрение сыну. Жесткие обстоятельства ссылки стали эффективным воспитателем. Но именно отцовские «грамотки», постоянно напоминавшие о долге и ответственности, заложили основу, позволившую Савве Мамонтову стать выдающейся личностью — успешным предпринимателем, индустриальным деятелем и просвещенным меценатом.

Источники: Арензон Е., Савва Мамонтов (1995); Некрасов М., Дубинина Л., Мамонтовы. Начало династии (2016); Некрасов М., Савва Мамонтов. Молодые годы (2018).